В РСФСР, а позднее и в СССР, полиция считалась «прозападным» явлением. В литературе того периода подчёркивалось — главное отличие в терминологии между милицией и полицией состояло в том, что милиция защищала народ, а полиция лишь правящую капиталистическую верхушку. Естественно, полицейский в глазах граждан был наделён исключительно негативными чертами, и 23 апреля 1917 года была создана милиция.
Царская полиция зародилась в 1718 году, когда указом Петра I была введена должность генерал-полицмейстера. Им стал бывший денщик и воспитанник императора, выходец из Голландии генерал-адъютант Антон Мануилович Девиер.
В Чердынском уезде в конце 1916 года кадровый состав полиции был следующим: начальник, помощник начальника, четыре начальника участков, 27 старших милиционеров, 15 младших городовых, один милиционер, а также четыре становых пристава, 26 офицеров стражи, семь старших стражника и 68 стражников, таким образом, всего 153 человек на весь уезд.
Полиция занималась охраной арестного дома, расследованием преступлений, связанных с кражей имущества, нанесением побоев, оскорблениями граждан, а также следила за порядком и спокойствием на городских улицах и в деревнях. [1]
23 апреля 1917 года губернским комиссарам поступает Постановление Временного правительства: Статья II об учреждении милиции. 12 октября 1918 года НКВД и НКЮ РСФСР утвердили Инструкцию об организации советской рабоче-крестьянской милиции. Она юридически закрепила правовые основы функционирования советской милиции как штатного государственного органа охраны общественного порядка. Декрет СНК РСФСР от 3 апреля 1919 года «О Советской рабоче-крестьянской милиции» закрепил правовое положение порядка участия милиции в боевых действиях на фронтах.
Осенью 1919 года НКВД создал промышленную милицию, что позволило уберечь от расхищения сырьё и материалы, наладить работу промышленных предприятий. В Чердынском уезде появляется сначала наружная милиция, а позднее — речная, промышленная, арестный дом и уголовный розыск.
В начале своего появления советская милиция представляла собой народное ополчение. Сотрудниками становились добровольцы, на которых возлагались функции царской полиции. Личный состав был разношёрстным, в структуре отсутствовала монолитность, а действия милиционеров нередко носили оттенок самоуправства и вседозволенности. Зачастую милиционеры вели себя как нарушители. «Уездным властям поступил донос о том, что в Юрле отряд милиционеров заказывают кумышку, делают хмельные напитки и пьянствуют, катаются на лошадях, играют в карты на деньги и подрывают авторитет милиции». [2].
Оклады милиционерам было решено сохранить в размерах, установленных на содержание исправников и полицейских на 1916 год. Также было внесено предложение о форме для милиции темно-синего цвета с допущением на первое время формы защитного цвета, если не удаётся достать материю нужного цвета. Также из интендантских складов предоставить материалы для пошива обмундирования: шинелей, курток, шароваров и фуражек и сапожного материала для обуви. 30 сентября 1917 года военное министерство сообщило, что для укомплектования конским составом городской и уездной милиции Министерству внутренних дел может быть уступлено около 2500 лошадей. [3].
Чем занималась чердынская милиция в 1917-18 годах: розыском пропавших граждан; преступников, которые ворвались в больницу и украли 40 000 рублей; поимкой румынских подданных, скрывшихся из Перми; военнопленных, контрреволюционных империалистов, кулаков, казначея, похитившего 350 000 руб.; преступников, убивших милиционеров; белогвардейцев, подозреваемых в саботаже; преследованием священников; поимкой вдохновительницы контрвосстаний; залежника (охотника). Также в число преступлений попали такие, как злоупотребление на службе, кража камней и драгоценностей, кража чужих документов, ограбление почтового поезда (кредитные билеты в письмах), убийство пяти человек, кража револьвера системы «Наган» и винтовки, поджог, кража шуб, спекуляция, скупка продуктов первой необходимости, потеря паспорта. Проводилась перепись всех иностранных подданных, проживающих в уезде.
Особое внимание уделялось военнопленным. Начальник Уездной милиции: «Всюду наблюдается, что военнопленные, находящиеся на частных работах, ведут себя вызывающе и безгранично пользуются свободой, вследствие чего так обнаглели, что забыв своё пребывание в плену под угрозой забастовок предъявляют всякого рода требования, или пользуются весьма слабым надзором со стороны работодателей, совершают не только единичные, а даже массовые побеги. Ввиду сего настоятельно прошу и вменяю в обязанности следующее: 1. Все военнопленные должны быть снабжены удостоверениями, соответствующими их личности. 2. Не допускать их появления на улице позднее 7 вечера. 3. Снабжать военнопленных по возможности форменным верхним платьем по возможности форменного покроя или хотя бы сшитыми применительно к их военной форме. При этом предупреждаю работодателей, что в случае неприятия ими мер к ограничению пленных, последние будут сниматься с работы» (19.05.1917 года. Подписал за пермского Губернского комиссара Б.Турчевич)» [4].
20 мая 1917 года. Временное правительство, Министерство внутренних дел Пермской губернии от 16 мая 1917 года уездным комиссарам и начальникам городских милиций Пермской губернии: «По дошедшим до Министерства сведениям о военнопленных об улучшении их положения с целью укрепления среди них привязанности и симпатии к России до сих пор не получили ещё на местах надлежащего осуществления, причём в качестве главной причины сего явления на несоответствующий набор начальствующего персонала в лагерях военнопленных. В жалобах отмечаются издевательства над славянами за чешские и русско-финские убеждения, грубое и унизительное, доходящее до побоев обращение с невинными пленными заведующих лагерями, примеру коих следуют стражники, конвойные и прочие лица, имеющие власть над пленными. Далее жалобы указывают на наличие изнурительных работ, не соответствующее питание, неудовлетворительное помещение и несоблюдение в них санитарных требований. Крайний недостаток одежды и обуви, отсутствие должной заботы о больных и принудительное привлечение больных и слабосильных к работам, низкий уровень заработной платы и задержка выдачи таковой, запрещение получения газет русских и славянских, оставление без рассмотрения подаваемых просьб и жалоб. Военный министр приказал милиции просить вас подвергнуть подробному обследованию содержание военнопленных славян в вверенном вам округе с целью безотлагательного устранения и недопущения в будущем причин, дающих поводы возникновения жалобам. Результаты обследования незамедлительно сообщить временному министру Аверьянову».
23 марта 1918 года Исполком Пермского губернского совета приказывает выбрать комиссаров юстиции и народный суд. Все решения Народных судей приводятся в исполнение при содействии Советской милиции. Повестки от народного суда также доставляет милиция. В сообщениях народному суду милиция должна указывать, когда и где совершено преступление, на кого падает подозрение и какие приведены доказательства, есть ли свидетели и их местожительство.
26 апреля 1918 года милиция начинает розыск сбежавших австрийских и германских подданных, которых нужно срочно задержать. 1 августа 1918 года Народный комиссариат Р.С.Ф.С.Р. подписал документ об освобождении всех австро-венгерских подданных, независимо от мест заключения и тяжести преступления. Все, совершившие тяжкие преступления (госизмена, убийство, поджог, преступления против нравственности), должны быть оставлены в заключении до их обмена.
Из переписки начальнику городской тюрьмы от комиссара милиции:
«20 августа 1918 г. Прошу востребовать в городе участок милиции (Юргановская, 90) для производства дознания» [5].
«7 сентября 1918 г. В милицию требуется деятельный агитатор для просвещения тёмной деревенской бедноты. Постепенно организуются рабочие и трудовые артели».
«28 сентября 1918 г. приказ № 816. В последнее время со стороны буржуазии распространяются нелепые слухи о взятии казаками Перми, о падении в скором времени власти и т.п. Меры к разъяснению населению принимаю. 5 октября 1918 г. в России создан уголовный розыск» [6].
Начальнику милиции:
«14 октября 1918 г. На днях была замечена банда контрреволюционеров, но они при виде милиции разбежались. Провожу монополию хлеба».
«21 октября 1918 г. На участке спокойно, работа по разрушению корней старины и насаждению новой жизни хоть и медленно, но движется вперёд».
Елена Толстогузова, экскурсовод Чердынского музея.
Список литературы:
- Чем на самом деле милиция отличается от полиции | Русская Семёрка | Дзен
- Архивный документ ЧКМ Губернским комиссарам отчёт о работе милиции за 1917 год.
- Архивный документ ЧКМ Губернским комиссарам от 29 апреля 1917 года № 25433.
- Объявление. Архив ЧКМ.
- Архивы ЧКМ документы уездной тюрьмы. 1916-1919 годы
- Архив ЧКМ документы Уездной милиции за 1917-1918 годы