В прошлой публикации мы подробно рассмотрели Якшинский тракт — ключевой водно-сухопутный маршрут, связывавший чердынских торговцев с Печорским краем. Однако сам по себе путь был лишь инфраструктурной основой для масштабной торговой деятельности. Возникает закономерный вопрос: как именно выстраивали свой промысел чердынские купцы на далёкой Печоре? Кто и когда проложил первые торговые нити между Камой и Печорой? Какие суда бороздили её воды, и какие негласные правила диктовали местный обмен? В этой статье мы проследим историю освоения Печорского края чердынским купечеством, узнаем об эволюции транспортных путей и судоходства, а также раскроем характерные особенности региональной торговли, от бартерных расчётов до знаменитых «торговых уловок».
Торговля с Печорским краем осуществлялась по нескольким ключевым направлениям. Наиболее значимым оставался смешанный водно-гужевой путь через Камско-Печорский водораздел с выходом из Чердыни. Вторым по важности маршрутом был морской: от устья Печоры суда шли на Архангельск и за границу. Менее загруженными, но стратегически важными оставались исключительно зимние гужевые пути — от Усть-Цильмы на Архангельск и от Щугора по Сибиряковской дороге в Сибирь. Из всех перечисленных направлений первые два имели решающее значение для экономики края: по ним перемещались практически все громоздкие грузы, необходимые для жизнеобеспечения региона или вывозимые из него. Остальные маршруты обслуживали транспортировку товаров высокой ценности, способных оправдать дорогостоящую перевозку на сотни вёрст.
Грузообмен между Печорским краем и Волжским бассейном через Камско-Печорский водораздел играл ключевую роль в хозяйственной жизни региона. Именно этим путём местное население получало основную массу необходимых товаров и сбывало продукцию своих промыслов. До появления регулярных морских пароходных рейсов между Архангельском и устьем Печоры данный маршрут оставался единственным каналом снабжения края всем необходимым. Вся торговля, проходившая через водораздел, находилась в руках купцов из города Чердынь и села Покча.
История этого промысла подробно описана в статье «О торговле в Печорском крае» (опубликованной в «Известиях Архангельского Общества Изучения Русского Севера» за 1909 год, №13–14). Автор отмечает, что чердынцы не были первопроходцами на Печоре. Когда-то этот край манил торговцев из Новгорода и Москвы, а сама река служила транзитным коридором в далёкую Сибирь. Купцы приходили сюда разными путями: через Мезень, Вычегду или верховья Камы. До чердынцев по тому же маршруту ходили соликамцы и усольцы, чьи прозвища — «усольцы» и «сухопутные пустоверцы» — прочно закрепились в местной памяти.
Начало активной торговли чердынцев на Печоре историки относят к 1780 году, что означает почти два столетия непрерывного присутствия их торговых домов в регионе. Близкое географическое расположение бассейнов Камы и верховий Печоры создавало естественные условия для сообщения, которое изначально шло через Якшинскую пристань. Изначально «старая Якша» находилась в нескольких верстах выше по течению Печоры от последующей пристани. Смена локации была вызвана изменением условий судоходства между Чердынью и Печорой. За полтора десятка лет здесь сформировался полноценный чердынский караван из пароходов и барж. Старожилы помнили тот ажиотаж, с каким встречали первый пароход, построенный по инициативе чердынского купца Суслова.
По воспоминаниям старожилов, первые усольцы приходили на Печору на парусных беспалубных щитиках-паузках, совершая сквозной путь с Камы через Вишеру, Колву, Вишерку, Чусовское озеро и Берёзовку. Из последней они пересекали низменное болото, соединявшее во время весеннего разлива вершину Берёзовки с притоком Печоры — Безволостной. Предположительно, этим же маршрутом пользовались и первые предки чердынских торговцев, однако точных данных о том, кто именно перешёл на новый путь, не сохранилось. Известно лишь, что именно чердынцы нашли более удобный маршрут через другие конечные притоки камского и печорского бассейнов.
По мере роста объёмов торговли прежние лёгкие щитики перестали справляться с нагрузкой. Потребовались более грузоподъёмные паузки, которые уже не могли преодолевать порожистую и каменистую Безволостную. Берёзовский путь был заброшен, и торговцы поднялись выше по притокам Камы: из Берёзовки они заходили в Еловку, а затем в Вогулку, вершины которой начинались рядом с истоком притока Печоры — речки Волосницы. Здесь был организован волок: установлены лошади и приспособления, с помощью которых суда со всем грузом перетаскивались в Волосницу, а оттуда сплавлялись на Печору. Вероятно, волоки существовали в нескольких местах, что объяснялось либо размерами судов, либо непредсказуемым подъёмом весенних вод. Помимо сообщения по Вогулке, использовался и волок с Берёзовки, пролегавший ниже того самого болота, которое когда-то связывало её с Безволостной.
Оставшиеся на волоках исполинские колёса, медведки и развалившиеся склады свидетельствовали о грандиозном масштабе перевозочной деятельности прошлого. Эти конструкции указывают на стремление предприимчивых людей к наживе и использование достаточно крупных судов, для перемещения которых и требовались такие механизмы. При такой организации сообщения чердынцам не требовалась специальная пристань на Печоре вроде Якши: они не оставляли здесь ни товаров, ни судов, а весной переправляли грузы с Камы на Печору, осенью возвращаясь обратно.
Богатые «усольцы» того времени располагали судами грузоподъёмностью не более 500–800 пудов. На таких паузках шло несколько человек команды, а в трюмах лежали самые простые товары: мука, соль, конопля, немного мануфактуры и холст. Перевозя пару десятков кулей муки и прочий ассортимент, торговцы к обратной дороге успевали набрать как можно больше печорских товаров, оставляя местных «задатчиков» в долгу. За зиму этот долг удавалось получить дважды, а к весне каждый печорский покупатель был обязан доплатить за прошлогодний забор, получая при этом новый кредит.
С ростом оборотов чердынцы расширяли заготовку товаров, что потребовало увеличения грузоподъёмности флота. На смену паузникам пришли каюки — плавучие магазины, идеально подходившие для мелкоштучных товаров, но и они со временем стали недостаточны. Для перевозки муки начали строить дешёвые однолетние барки, а остальные товары с зимы доставляли гужём и складировали на печорских пристанях. Изначально это была старая Якша, куда путь из Чердыни, вероятно, шёл через верховья Колвы, а система Вишерки и Чусовского озера осталась в стороне. Впоследствии, чтобы не хранить в Чердыни запасы муки и соли для зимней перевозки на Якшу, чердынцы стали проводить камские суда по старому водному пути до устья Еловки. Здесь, в 40 верстах от Печоры, основали Усть-Еловскую пристань. Товары складировали в амбары, а зимой специально нанятые из Чердыни возчики переправляли их на Печору. С появлением Усть-Еловской пристани старая Якша была заброшена, а запасы стали концентрироваться на новой, более ближней локации. Время основания этой пристани точно не установлено, но подобная перевозка в возрастающих объёмах велась вплоть до начала XX века.
Примерно за пятнадцать лет до 1909 года чердынцы окончательно отказались от каюков и лёгких барок, перейдя к строительству крупных барж с удобными жилыми и торговыми помещениями. Первым пионером в этом деле стал упомянутый Суслов. Вслед за ним другие купцы начали модернизировать флот, не смея отступить от утверждённого им типа судов. С введением Сусловым пароходства на Печоре полностью прекратилась бурлацкая тяга. Даже первые два года после появления пароходов некоторые зажиточные упрямцы считали нововведение «игрушечной затеей» и продолжали нанимать бурлаков, но вскоре и они были вынуждены признать эффективность пара. Бурлацкая тяга ушла в прошлое.
Народная память сохранила и уникальные особенности торговли чердынцев на Печоре. В обмен принималась только ценная рыба высших сортов. Торговля велась преимущественно в форме натурального обмена: ни продаваемый, ни покупаемый товар не оплачивался деньгами. Рыба — главный продукт печорских промыслов, — измерялась объёмными единицами. Низшие сорта (щука, мелкий сиг) в обмен не принимались вовсе. Куль муки весом в 9 пудов меняли на бочку отборных сигов весом 17-18 пудов. Таким образом, при условной оценке рыбы в 1 рубль 15 копеек за пуд, чердынцы фактически продавали муку не дешевле 25 рублей за куль. Для сравнения: на Каме обычный куль стоил 2-3 рубля, а с учётом транспортных расходов цена для чердынцев едва превышала 5 рублей.
В более поздний период в расчётах начала фигурировать денежная оценка сёмги. В 1884 году её максимальная цена достигала 2-2,5 рубля за пуд. Однако при обильном улове и нехватке перевозочных средств стоимость рыбы резко падала. Печорцы были вынуждены выбрасывать часть первого улова и сдавать оставшуюся сёмгу на любых условиях, которые диктовали чердынцы. Другого сбыта не существовало, и огромная часть промысла оставалась на руках у рыбаков. Иногда промышленники, близкие к купцам, успевали что-то реализовать, но остальных чердынцы просто игнорировали. Бывали годы, когда купцы буквально избегали встреч с рыбаками, не зная, у кого принять или от кого отказаться товар, тогда как каждому печорцу требовалось продать улов, чтобы купить хлеб и необходимые припасы.
Масштабы обвеса, обсчёта и фальсификации товаров были колоссальными. При взвешивании бочек с рыбой, в отсутствие стандартных гирь, часто использовали «живые гири»: рабочих, которым в карманы и голенища сапог заранее насыпали песок. После взвешивания «грузчики» незаметно «разгружали» песок в укромных местах. За дополнительный вес им полагалась усиленная порция водки. До введения казённого обандероливания чай привозили на Печору целыми цибиками, а затем развешивали, щедро примешивая засушенную траву «иван-чай». Чердынцы закупали «иванушку» примерно по рублю за пуд, а продавали её как чай стоимостью в два рубля. Торговля подлинным чаем прекратилась в основном благодаря полицейским мерам. В одном из случаев, получив предупреждение о готовящемся обыске каравана печорской полицией, купцы сбросили громадные партии «иванушки» за борт. Вещество ещё долго выбрасывало волнами на берега реки.
На этом интересном историческом факте я завершаю данную статью. Однако тема не исчерпана: о характере торговли в начале XX века, её трансформации и влиянии на экономику Печорского края вы узнаете в следующей публикации. Продолжение следует…
Подготовил Матвей Суворов, научный сотрудник музея.