Изучая документы в архиве Чердынского музея, я обратила внимание на несоответствие расстояний на современных картах и в описаниях маршрутов путешественников. В ходе исследования было выявлено, что река Колва сильно изменила своё русло. Для сокращения времени путешествий была проложена дорога, соединяющая Чердынь с северными населёнными пунктами. А еще у этой дороги появилась особая роль. Предположительно дорога могла являться засечной чертой.
Походы русских в Сибирь совершались ещё в XI веке. Сначала их привлекала богатая Югра, затем появились Великая Пермь с Чердынью, откуда начиналась дорога в Сибирь через Уральские горы – «Чердынская дорога». От Чердыни дорога шла вверх по рекам Вишере и Вёлсу, далее по реке Чурок, через водораздел на речку Тальтию (Талую) и вниз по рекам Ивдель, Лозьва, Тавда, Тобол. До конца XVI века чердынская дорога была единственным узаконенным правительством путём в Сибирь, хотя было известно несколько путей переходов через Уральские горы. [1]
С созданием чердынской дороги в Московскую Русь начинают совершать набеги сибирские татары, ногайцы, пелымские вогулы.
В подчинении пелымских князей помимо земель по реке Пелым находились земли по рекам Лозьва и Сосьва, нижнему течению река Тавда, а также рекам Конда и Табары. Пелымские князья, способные выставить войско до 700 человек, постоянно совершали набеги на владения Строгановых и союзников Москвы, князей Пермских, не раз оказывали сопротивление посылаемым за Урал московским ратям. Столица княжества — Пелымский городок находился на слиянии рек Пелым и Тавда. Одним из первых угорских предводителей летописцы называют пелымского князя Асыку, совершившего в 1455 году нападение на Пермь Великую и Пермь Вычегодскую. «Безверными» вогуличами был убит пермский епископ Питирим, прибывший крестить коми-пермяков, и разорена Усть-Вымь, ставшая резиденцией православных крестителей. Спустя десять лет (1465 г.) в ходе организованного Иваном III ответного похода на Югорскую землю отряда устюжанина Василия Скрябы в плену оказались ещё два югорских князца Калба и Течик. Первый из них находился в родстве с князем пелымским — его дочь была замужем за сыном Асыки — Юмшаном. Пленники были пожалованы Московским государем «югорским княжением» и отпущены в свои вотчины, обязавшись выплачивать дань. В 1467 году небольшому вятско-пермскому отряду, совершившему набег на пелымские земли, удалось взять в плен и самого князя Асыку, однако по дороге в Москву пленник бежал. В 1481 году Асыка вместе с сыном Юмшаном совершает очередной набег на Пермь Великую: его войска осаждают Чердынь, сжигают городок Покчу, ставший опорным пунктом русской колонизации Верхнего Прикамья и разоряют окрестные волости. Асыка жестоко расправляется с местными князьями, уже более двух десятков лет являвшихся вассалами Москвы: он убивает князя Михаила Великопермского и несколько его сыновей. Случайно оказавшийся в тех местах отряд устюжан-ушкуйников под командованием Андрея Мишнева смог остановить вогулов у Чердыни и спасти Пермь от полного разорения. В 1483 году великий князь Иван Васильевич посылает новую «рать на Асыку вогульского князя, да в Югру на Обь великую реку». В ходе зауральского похода воевод Ивана Салтыка Травина и Фёдора Курбского Чёрного войско Юмшана было разбито близ устья Пелыма, сам князь бежал в Конду. В 1593 году воеводой князем Петром Горчаковым, возглавившему большую экспедицию на Северный Урал, удалось в центре вогульских владений, на месте старой резиденции пелымских вождей, поставить русский город Пелым. [2]
Официальным временем присоединения к России Поволжья и Урала, согласно романовской историографии, считается период с 1554 по 1585 годы, начиная с покорения Иваном Грозным Казани и до разгрома частным войском Строгановых под командованием Ермака Сибирского Царства чингизида Кучума. В этот период при помощи успешных войн и добровольных действий местного населения под руку Москвы перешла основная часть территории Золотой Орды — от Нижнего Новгорода до Оби и от Хлынова (с 1781 г. — легендарная Вятка, ныне — Киров) до Каспийского моря. А Иван Васильевич, наконец, стал величаться титулом «царь и Великий Князь», претендуя на роль наследника ордынских ханов. Но мало кто помнит, что Сибирские ханы Едигер и Бекбулат принесли присягу верности Грозному в 1555 году, положив начало русского проникновения за Урал. Этот процесс был прерван узурпировавшим сибирский престол выходцем из Средней Азии ханом Кучумом (1563 г.) в 1572 году. Ход дальнейших событий даёт повод судить о том, что ордынская династия царей-ханов, пресекшаяся со смертью Бориса Годунова, была единственным цементирующим звеном остатков Руси-Орды, административным центром которой временно стала крошечная Московия. Заговор, идейным вдохновителем которого был Филарет Романов, привёл к власти новую «худородную» династию его сына, правившую чуть более 300 лет, но развалил Русь-Орду. Орда отреагировала на переворот и убийство легитимного правителя молниеносно: «восстаниями» Ивана Болотникова, Ильи Муромца, поволжских тюрков, зауральских угров, некогда составлявших немалую силу Сибирского хана. Над частью территорий Поволжья (от Нижнего Новгорода до Казани) Москва сумела восстановить свой контроль при помощи наёмников из Западной Европы, услуги которых оплачивались англичанами. Но земли юго-восточнее Камы были временно утрачены. Силами Строгановых, главных «спонсоров» царя Михаила Романова, удалось удержать узкую полоску таёжных земель по левобережью Камы на севере нынешнего Пермского края, бывшую основным источником соли для Московии. Присоединение к Московии ордынских земель восточнее Волги и Камы растянулось на 180 лет. Границы Московии в пост-ордынский период прослеживаются идеально благодаря стараниям наших предков их защитить, сооружая «засечные черты». Для верности подкреплено строительством в 1650-е годы Закамской Засечной черты. Как пишут в энциклопедиях, «…системы оборонительных сооружений на юго-восточной окраине Русского государства…» Хороша окраина, на восток от которой ещё несколько тысяч якобы своих же земель! Строительство Закамской черты, частично прошедшей по башкирской территории, вызвало недовольство башкир, которое удавалось сдерживать до 1662 года, когда ради закрепления в Поволжье новых русских подданных, калмыков, грабивших башкир, последним было запрещено совершать ответные набеги. Россия не только не выполнила своих союзнических обязательств по защите башкир, но и угрожала им военной силой. [3]
Что такое засечная полоса (черта)? Засечные полосы — это системы оборонительных сооружений, которые активно создавались на южных и восточных рубежах Русского государства в XVI–XVII веках для защиты от набегов кочевников (крымских татар, ногайцев, башкир и др.) Они представляли собой полосы леса, где деревья валили крест-накрест вершинами в сторону противника, а часть корней оставляли живыми, чтобы поваленные деревья продолжали питать друг друга. Такие полосы дополнялись валами, рвами, частоколами и дополнялись естественными преградами — реками и оврагами. [4]
В Чердынском крае такой засечной полосой являлись река Колва и проложенная вдоль реки дорога. Колва – река извилистая, длиной 460 км. (Участок Чердынь — Дий по реке 369 км, а по дороге 136 км). Участок дороги от с. Бигичи до с. Серёгово составляет около 28 км. По реке — в три раза больше. На карте очень чётко просматривается бывшее русло реки, представляющее цепочку озёр – стариц. Населённые пункты были поставлены на поворотах реки, «на подковах», где соприкасались дорога и река. Засечную черту обороняла специальная стража — засечные сторожа. Их задача — вовремя заметить врага, задержать его до подхода основных сил и подать сигнал. На ключевых точках (у бродов, на перекрёстках дорог) ставили укреплённые остроги с гарнизонами, а для световой сигнализации устанавливали вышки. Использовали течение и броды. Сам факт наличия реки замедлял продвижение врага, особенно конницы и обозов. Но особое внимание уделяли бродам и «перелазам» (местам, где можно было перейти вброд). Именно там ставили самые серьёзные ловушки: в дно и берега вбивали острые колья, а ещё пускали по воде «плавные брёвна с гвоздьем дубовым частым» — брёвна, в которые забивали гвозди, чтобы они ранили ноги людей и лошадей. Дополняли берег искусственными преградами. На самом берегу могли насыпать земляной вал или вырыть ров. Иногда ров заполняли водой, соединяя его с рекой — так получалась двойная водная преграда. Вал часто укрепляли: поверху ставили деревянный тын (частокол), а сами насыпи усиливали конструкциями вроде «тарас» (деревянных ящиков, засыпанных землёй). Ставили дополнительные заграждения. Перед валом или у самого воды могли установить надолбы — вкопанные вертикально или под углом толстые брёвна. Ещё устраивали «волчьи ямы» — замаскированные углубления с заострёнными кольями на дне. Связывали участки в единую систему. Реки редко шли идеально прямо на большом протяжении. Поэтому засечную полосу не делали сплошной вдоль всего берега — там, где река делала изгиб или где местность была открытой, линию дополняли другими элементами: лесными засеками (завалами из деревьев, поваленных вершинами в сторону врага), частоколами, а в ключевых точках ставили остроги (небольшие крепости) или башни для наблюдения и обстрела. Главная идея была в глубине обороны: враг, пытаясь преодолеть водную преграду, попадал под обстрел с берега, сталкивался с валом, рвом, а затем — с лесными завалами или другими заграждениями позади. [5]
Подготовила Елена Толстогузова, сотрудник музея.
Список литературы:
- Бахрушин С. В., Пути в Сибирь в XVI- XVII вв., в кн.: Научные труды, т. 3, ч. 1, М., 1955. Уральская историческая энциклопедия.
- Манси — Центр традиционной народной культуры Среднего Урала.
- Присоединение Урала и Западной Сибири к России в конце XVII — первой половине XVIII веков.
- Родзевич Н. | Фортификационные * лесные засеки России | Журнал «География» № 20/2009.
- Что такое засечная черта | Читать статьи по истории РФ для школьников и студентов